Сторожа и вахтеры – вчерашний день

Роман НАСОНОВ, вице-президент некоммерческой организации «Ассоциация социальной защиты ветеранов спецподразделений, правоохранительных органов, спецслужб и охранных предприятий «РуСь», президент холдинга структур безопасности «РуСь»

Говоря о стандартах, надо помнить одно важное обстоятельство. В стране реально меняется экономическая ситуация, происходит трансформация многих процессов. и надо быть готовыми к тому, что целый ряд непрестижных трудовых функций в той же Москве будут выполнять далеко не жители столичного региона. В том числе – и охрану образовательных учреждений.

Причем, проблема только усугубляется, бизнес это ощущает лучше всех. Регионы уже исчерпывают те ресурсы, которые готова потребить Москва. Так что следующим шагом может быть привлечение к охранным функциям граждан белоруссии. Мы исчерпываем лимит трудовых резервов, люди в Москве «ходят покругу». и мы, зная их недостатки, все равно берем их. Ведь выхода пока нет.

Поэтому я предлагаю подумать об этапах применения профстандарта, о его более обширном толковании. Обстановка диктует именно такие шаги.

В целом, на мой взгляд, на слушаниях в Общественной палате был представлен документ нового поколения: профессиональный стандарт компетенций специалистов по одному из видов охранной деятельности. Такой узкопрофильный и рассчитанный на неширокий круг профессионалов норматив не мог не быть снабжен достаточно подробной пояснительной запиской. Поскольку далеко не все представители как охранного сообщества, так и сопутствующих предмету охраны областей хорошо себе представляют наборы угроз по типам образовательных организаций, способы их профилактирования методами, разрешенными частной охране.

Именно после получения разъяснений от разработчиков документа его логика стала более-менее понятной. Почему «работники/специалисты», а не «охранники/руководители»? Оказывается, потому что в стандарт включены специалисты, находящиеся вне охранной организации, выполняющие функции, выходящие за рамки определенной законодательством охранной деятельности. Речь идет об огромной армии «САВОКеров» – сторожей, администраторов, вахтеров, операторов, контролеров. Они не управляются ни полицией, ни иными надзорными органами, лишены квалификации и выпадают из ресурса антитеррористической защиты социальных объектов. Таковых «специалистов» в России в одних только образовательных организациях числится сегодня от 77 до 100 тысяч. Эти сторожа «присматривают» за имуществом школ и детских садов в ночные часы, выполняют другие задачи.

На мой взгляд, если приступать к серьезному вытеснению САВОКеров с рынка безопасности, то начинать удобнее как раз с объектов образования. Для почина предложил бы включить в будущий стандарт квалификационные требования к профессиональной подготовке сторожей. Это позволит приступить к разработке программ их краткосрочного обучения. Также необходимо определиться с проверкой сторожей как по данным учета МВД, так и по допуску к работе с детьми с точки зрения состояния здоровья.

Что такое безопасность детей? здесь нужно рассматривать перечни угроз общеобразовательным и дошкольным организациям, сравнивая их с таким же набором, но уже в отношении образовательных организаций высшего образования. Дети в возрасте 3-6 лет являются МАГНИТАМИ УГРОЗ в дошкольных образовательных организациях, притягивающими злодейские помыслы извне. Дети от 13 до 18 лет – сами ГЕНЕРАТОРЫ УГРОЗ в общеобразовательных учреждениях. Организации же высшего образования более похожи на офисные центры – как по методике работы, так и по контингенту посетителей. Несовершеннолетние, приходят туда совершенно из другой среды. Конфликты, характерные для школ, в вузах – редкость. Скажем, в СшА случаи трагических происшествий в колледжах и университетах нечасты на фоне сотен трагедий в школах, чья статистика ведется с 1926 года.

Основы мер по обеспечению безопасности, по антитеррористической защищенности учебных заведений достаточно подробно изложены в учебном пособии СРО «школа безопасности» «угрозы и риски в бюджетных образовательных организациях». хочу напомнить, что число и «масть» конфликтов в школах растет, периодически становясь достоянием широкой общественности.

Напомню, что особенности психологии детей 13-18 лет влияют на причины конфликтов, не понятных взрослым:

– между детьми разных социальных слоев и групп;

– на межэтнической почве;

– между «умниками» и «отморозками»;

– между замкнутыми и общительными («стайными»);

– на почве «крупный» – «мелкий», сильный – слабый;

– среди девочек: красивая и неочень (одежда, прически, украшения, манеры поведения).

Конечно же, на обострение конфликтов влияет «внедрение» в детской аудитории курительных смесей, слабоалкогольных напитков, психотропных и наркотических веществ. В стране сегодня растет число детей-наркоманов, психически нездоровых…

В то же время в московских школах перечисленные процессы приглушаются, благодаря усиленному вниманию со стороны Департамента образования, а также органов полиции. Немалую роль здесь играет и частная охрана. Но есть Москва, а есть глубинка. В недавнем ток-шоу «Пусть говорят» с говорящим названием «Классовая борьба» рассказывалось о конфликте в общеобразовательной школе поселка цементный Невьянского района Свердловской области. здесь между ученицами возникли неприязненные отношения. Девчонки разделились по классовому признаку: «гламур» и «не гламур». Дети из обеспеченных семей презирают тех, кто живет скромнее, зовут их «бомжами». В ответ – ненависть, взаимные унижения. ученицы 9-го класса употребляют в лексике такие выражения, как «стрелка», «разборка», «впряглась». В результате «стрелка», проходившая в школьном туалете, закончилась тем, что одна из учениц «воткнула» принесенный в школу нож в печень другой. Обеим по 15 лет…

При этом охрана в школе была. Но охранник, выступавший в той же передаче, буквально кричал в камеру: «я могу только нажать на «кнопку». Да и получаю я копейки…»

Какими должны быть выводы профессионалов, и как их необходимо учесть разработчикам профстандарта и руководству Минобрнауки России? Все школьные сторожа должны быть заменены частной охраной. Каждый частный охранник обязан пройти обучение по программе повышения квалификации, где основными предметами станут «школьная» тактико-специальная подготовка, внедрение и обращение с техническими средствами охраны в образовательных организациях и основы детской психологии.

Но пока всем образовательным организациям, где бы они ни находились, нет возможности заключить договоры с ЧОО, краткосрочные курсы обучения объемом 6-10 часов должны пройти все сторожа. Одновременно должна быть проведена проверка состояния здоровья и выявление обстоятельств, мешающих работе в образовательных организациях. Далее. Все дети из «неблагополучных семей» или состоящие на учете в школах или иДН должны быть известны каждому частному охраннику: внешность, особенности характера, дурные наклонности. Такой учет в частной охране должен быть сохранен, даже если ребенок с дурными наклонностями обучался 20 лет назад. Ведение подобного учета – приоритет при участии ЧОО в тендерах. Охранники образовательных организаций после обучения по программе повышения квалификации должны наделяться правом личного досмотра всех, входящих в помещение образовательной организации. если для этого требуется поменять федеральные законы или лицензионные требования – это нужно сделать. Кнопочный выкидной нож в кармане 15-летней девочки – сигнал для законодателей.

Профессиональный стандарт дает ответы на многие вопросы в сфере безопасности образовательной организации. Отрадно, что в проекте постановления Правительства РФ «Об антитеррористической защищенности организаций, занимающихся образовательной деятельностью» уже содержится понятие о защите образовательного процесса, которое пока не попало в закон о частной детективной и охранной деятельности.

Это значит, что СРО «школа безопасности» идет в ногу со временем и опережает реакцию государства и общества на события, выявленные в образовательных организациях. значит ли это, что Союз ОСО, другие ведущие охранные организации СРО, избрали правильный курс в деле обеспечения безопасности образовательных организаций – судить государству в лице органов исполнительной власти, а также гражданскому обществу.